передняя азия
древний египет
средиземноморье
древняя греция
эллинизм
древний рим
сев. причерноморье
древнее закавказье
древний иран
средняя азия
древняя индия
древний китай







НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    БИБЛИОТЕКА    КАРТА САЙТА    ССЫЛКИ    О ПРОЕКТЕ
Биографии мастеров    Живопись    Скульптура    Архитектура    Мода    Музеи



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Гончарное искусство

Мастер мнет комок глины, раскатывает его между ладонями, превращая в толстый жгут. Ловко накинув глиняный жгут на руку, мгновенно укладывает на вращающийся гончарный круг, и, послушные то легкому, то сильному прикосновению рук, вытягиваются вверх стенки сосуда, расширяясь в крутобокое тулово, сужаясь в стройную горловину. Гончар срезает изделие с круга тонкой проволокой и осторожно, чтобы не помять мягкие стенки, ставит на просушку. А дальше свое дело сделает огонь. В горне глиняный сосуд превратится в гончарное изделие.

Из поколения в поколение передавалось на Руси гончарное ремесло, совершенствовались технические приемы и способы художественной обработки, складывались определенные формы вещей.

Один из наиболее обширных разделов керамики в собрании отдела народного искусства Русского музея составляет глиняная посуда. В прошлом она была тесно связана с хозяйственной жизнью людей, находилась в повседневном употреблении. Ее не берегли. Отслужившую свой срок посуду заменяли новой. Но простота и совершенство форм, разнообразные приемы украшения бытовых предметов привлекли внимание коллекционеров и ученых. Они начали собирать гончарную посуду в конце XIX века. Так работы гончаров стали музейными экспонатами.

Большинство вещей нашей коллекции относится к довольно позднему времени, к XIX - началу XX века. Это изделия гончарных промыслов, существовавших почти в каждой губернии: объемистые сосуды "меденники" с узорной полосой на плечиках, глубокие миски, шаровидные рукомои и горшки, чернолощеная, обварная керамика, разнообразная поливная посуда. Все они знакомят нас с традиционными приемами художественной обработки: томлением, лощением, обваркой, глазурованием, ангобной техникой.

Томлёные сосуды рязанских гончаров дают нам представление о древнем способе обработки керамики, который получил наиболее широкое распространение в гончарстве XVII века. Черная матовая поверхность строгих по форме изделий достигается при обжиге в сильно коптящем пламени и медленном остывании без доступа кислорода, для чего все отверстия в горне замазываются. Томление сочетается с другим приемом - лощением, когда на непросохшие стенки сосуда наносится узор гладким камешком - лощилом. После обжига простой геометрический орнамент отливает тусклым серебром на матовом фоне. Иногда лощат, то есть заглаживают, всю поверхность изделия. Тогда оно напоминает сосуды из металла.

Повседневная посуда новгородских гончаров знакомит нас еще с одним приемом обработки - обваркой. Только что извлеченное из горна раскаленное изделие окунается в мучную болтушку, которая закипает и, испаряясь, оставляет на стенках сосуда причудливый узор в виде темных пятен со светлыми разводами. Раствор проникает в поры черепка, что придает издеkию большую прочность.

Часто встречается сплошное покрытие сосудов ангобом, жидко разведенной глиной, или ангобная роспись. Ее можно увидеть на изделиях псковских и новгородских, вятских и курских мастеров.

Самое широкое признание в гончарстве получили прозрачные глазури. Они не только украшали вещи, но, прежде всего, предохраняли их от загрязнения, а стенки поливных сосудов не пропускали влагу.

Нередко гончары поливали горшки, миски, кринки только изнутри. Внешняя матовая поверхность изделия украшалась лишь отдельными мазками в виде полос или пятен, которые ярко блестели на пористом глиняном черепке.

Горшки. 1937. Боровичский р-н Новгородской обл
Горшки. 1937. Боровичский р-н Новгородской обл

Значительную часть коллекции составляет посуда с многоцветной росписью по белому фону. Это майолика. Делали ее из простых глин, но поливали не прозрачной глазурью, а эмалью, которая давала сплошное белое покрытие, скрывая черепок. Роспись выполняли по непросохшей поливе. Такой прием требовал быстрого и точного нанесения красок, последующие поправки были исключены.

Производство майоликовых, или ценинных, как их тогда называли, изделий возникло в Гжели, подмосковном гончарном районе, во второй половине XVIII века. Этому предшествовало основание в Москве в 1724 году первого русского керамического завода Афанасия Гребенщикова.

"Ценинная и табашных трубок фабрика" стала школой для гжельских мастеров. Однако и завод использовал опыт народных гончаров. Афанасию Гребенщикову удалось наладить выпуск майоликовой посуды лишь после того, как были изучены гжельские глины, освоены приемы работы местных мастеров. Гребенщиков понимал необходимость тесной связи с традиционным промыслом, учитывал это и тогда, когда строил фабрику за Таганскими воротами в Алексеевской слободе. Через нее шла дорога в Гжель. Именно из Гжели крестьяне поставляли глину, оттуда и приходили наниматься работать. После окончания договорного срока они возвращались к себе, "где учинялись мастерами и других изобучали".

В Гжельской волости появилось множество мелких ценинных производств, которые быстро развивались на базе традиционных гончарных промыслов. Основы технологии гжельцы заимствовали у Гребенщикова, но во многом усовершенствовали процесс производства. Так, эмаль на их вещах, в отличие от изделий завода Гребенщикова, была бесцековой, то есть не имела паутинообразных трещин - цека (который появлялся во время обжига).

Гончары Гжели изготовляли самую разнообразную посуду: кувшины и кружки, блюда и тарелки, масленки и рукомои. Простые и дешевые изделия с яркой росписью использовались в повседневном быту, их быстро раскупали на рынках Москвы. Но были и дорогие, нарядно украшенные, предназначенные для праздничного застолья, для подарка. Это наиболее любимые гжельцами кумганы и квасники. В основу этих сосудов была положена старинная форма фляги, но она претерпела значительные изменения. Ее вертикально поставили на четыре ножки-лапы, сверху дополнили высоким расширяющимся горлом с крышкой, по обе стороны которого поместили изогнутые носик и ручку. Так выглядит кумган, от которого квасник, сосуд для кваса, отличается лишь круглым сквозным отверстием в центре тулова, получившего вид кольца.

Тарелки. XVIII в. Гжель, Московская губ
Тарелки. XVIII в. Гжель, Московская губ

Гжельские мастера постоянно совершенствовали формы квасников и кумганов, создавая множество их вариантов. Время сохранило нам мало имен гончаров. В Гжели их называли точильщиками и только лучших из них величали мастерами. Лишь они могли делать сложные сосуды, лишь им было под силу изготовление квасников и кумганов. И только мастера горнового дела могли обжигать эти изделия. Гжельские горновые определяли температуру в горне по цвету огня, по величине языков пламени, они безошибочно устанавливали время обжига, степень готовности вещей.

Были в Гжели и свои живописцы, которые расписывали сосуды. Постепенно сложились приемы гжельской росписи. Цветовое пятно сочеталось с тонкой линией рисунка. Краску мастера готовили сами, употребляя для этого материалы, имеющиеся под рукой. Перекись марганца с добавлением воды и сахара давала коричневый цвет с лиловым оттенком; окись сурьмы - желтый. Приготовить зеленую краску было сложнее. Для этого горшок с медной проволокой ставили в огонь. Образующуюся на проволоке черную окалину соскабливали, размешивали в воде и этим раствором писали. При обжиге выявлялся зеленый цвет, содержавшиеся в окалине соли давали тональные размывы.

Темы для своих росписей гжельцы заимствовали из повседневной жизни, в окружающей природе. Полевые цветы и травы, птицы и звери, дома с дымящимися трубами, башни с флагами-все это находило художественное выражение в обобщенно-условных образах. Так, на дне круглого блюда веером развернулись зеленые листья и ярко-желтые головки цветов, а по краю его - венок из таких же стеблей, цветов и листьев. Изящество линий, проведенных кистью легко и непринужденно, сочность красочного мазка, умение подчинить роспись форме предмета свидетельствуют о высоком мастерстве исполнителя.

Кувшин. XVIII в. Гжель. Московская губ
Кувшин. XVIII в. Гжель. Московская губ

Квасник. XVIII в. Гжель, Московская губ
Квасник. XVIII в. Гжель, Московская губ

Кувшин. 1836. Гжель, Московская губ
Кувшин. 1836. Гжель, Московская губ

В центре другого блюда изображен заяц, бегущий среди деревьев и холмов. Тонкой линией очертил художник фигурку зайца, коричнево-лиловыми мазками обозначил холмы, легким прикосновением кисти наметил зеленые ветви деревьев. И здесь свободный мазок сочетается с уверенным рисунком. Композиция заключена в круг, словно в раму.

Иначе располагалась роспись на кувшинах. Она широкой полосой охватывала выпуклое тулово. Главное изображение помещалось под носиком. Отдельные элементы узора повторялись у края высокой горловины, на ручке и треугольном носике.

На крутобоком кувшине домашний петух окружен с двух сторон травами и цветами. Значительное по размеру изображение домашней птицы отвечает размеру сосуда, подчеркивает округлость форм.

Оригинальная роспись отличает кувшин 1792 года. Двухэтажные дома, башни, деревья, решетчатые ворота - одно изображение следует за другим, охватывая все тулово. Дым из труб поднимается вверх, на воротах и крышах домов развеваются флаги. Изображение пронизано ощущением жизни и праздника. Внизу проходит орнаментальная лента из наклонных широких полос и точек между ними, под ней косые зеленые мазки. На горле сосуда помещена дата.

Надписи на гжельских сосудах встречаются часто. На одном из кувшинов музейного собрания читаем: "Сей кувшин писал Иван Микифоров Срослай в 1781 году". Это наш самый ранний из датированных сосудов. Голубоватая белизна поливы создает игру мягких скользящих теней на его тулове, усиливая которые живописец кладет легкие синеватые мазки вокруг размашистой надписи. Декоративный мотив располагается на передней стенке сосуда. Композиция из трех птиц словно заключена в рамку из веток с листьями и цветами. Очень светлая коричнево-зеленая гамма росписи не совсем обычна для Гжели. В ней главную роль играет не цветовое пятно, а линия, тонкое штриховое заполнение изображений.

Роспись на гжельских квасниках еще более разнообразна по своей тематике, композиционному решению, живописным приемам. Она располагается на плоских стенках тулова вокруг сквозного отверстия.

В коллекции Русского музея есть небольшой квасник, на котором мастер помещает изображения в три горизонтальных ряда. Одно над другим поднимаются строения. Возможно, это керамические заводы, которые почти непрерывно дымили во всех деревнях Гжельской волости. Дома похожи друг на друга узкими щелками окон, плоскими крышами. Живописец включает в композицию декоративные решетки, травы и деревья. Даже круглое сквозное отверстие квасника становится частью композиции и имеет зеленую полосу по краю. Выпуклые стенки тулова мастер заполняет крупным орнаментом в виде завитков, носик и ручку окрашивает в яркий зеленый цвет. Роспись придает кваснику нарядный, праздничный вид. Но фантазия уводит мастера дальше, и на плечиках сосуда он помещает фигурки людей в костюмах и головных уборах XVIII века.

Гжельские майоликовые изделия второй половины XVIII века, украшенные жизнерадостной, яркой росписью и скульптурными изображениями людей и животных, пользовались большим спросом не только в крестьянской, но и в городской среде. Из-за них Гребенщикову пришлось закрыть свою фабрику.

Но в начале XIX века гжельскую майолику, в свою очередь, вытесняет привозной английский фаянс, не только более легкий, прочный и удобный в употреблении, но и более дешевый. Это заставило мастеров Гжели быстро перестроиться и наладить производство фаянса из местных светлых глин. Изделия этого периода в коллекции музея представлены преимущественно кувшинами с подглазурными синими узорами кобальтом. Тематика росписи становится менее разнообразной, в ней преобладают растительные мотивы. На смену широкому цветовому пятну приходят круглящиеся мазки, нанесенные короткими ударами кисти.

Традиционное же многоцветие сохраняется в фарфоровых посудных изделиях и бытовых предметах, таких, как подсвечники, чернильницы.

Чернильница. XIX в. Гжель, Московская губ
Чернильница. XIX в. Гжель, Московская губ

Одновременно с фаянсом в Гжельском районе начали осваивать фарфор. Быстро увеличивалось число мелких фарфоровых заводиков, во главе которых стоял хозяин, нанимавший двух-трех рабочих. Хотя гжельцы и старались делать такую же посуду, как на фабрике Гарднера в Москве, но они по-прежнему обращались к своим местным традиционным формам и приемам декора. Подобно майоликовым изделиям XVIII века, их вещи из фарфора украшены скульптурными фигурками птиц, животных, людей. Особенно интересны чернильницы. Одна из них выполнена в виде лодки, в которой сидят фигурки кавалеров и дам. Другая имеет округлую форму, опоясанную двумя рядами скульптурных изображений людей, животных, птиц. В нижнем ряду - солдаты с ружьями и дамы стоят парами между голубыми колоннами. Над ними еще ряд таких же фигур, около которых сидят собака и заяц с прижатыми ушами, стоит курица, голубь заглядывает вниз, изогнув шею. Они напоминают предельно обобщенную, простую и наивную скульптуру на майоликовых квасниках. Так, любовь гжельцев к скульптурным украшениям, оживляющим формы бытовых предметов, сказалась и в фарфоровых изделиях.

Производство фаянса и фарфора существовало в Гжели на протяжении всего XIX века. Делали, главным образом, чайную и столовую посуду и лишь изредка, по заказам, выполняли традиционные квасники и кумганы. Казалось, ушли в прошлое сложные фигурные сосуды, вытесненные более дешевыми бытовыми изделиями. Но формы квасников и кумганов появились вновь и получили оригинальное художественное выражение в работах скопинских гончаров на Рязанской земле.

Жители города Скопина во второй половине XIX века занимались разными ремеслами: ткали и вышивали, плели широкие пестрые пояса и "травное" кружево. Но более всего прославили город скопинские гончары. Дом гончара выделялся среди других построек. На воротном столбе мастера выставляли свои работы, и это служило своеобразной вывеской. Здесь можно было увидеть затейливые сосуды, сказочную скульптуру, огромные шары. Рассказывали, что гончар М. Тащеев задумал удивить всех. Втайне он долго трудился: без конца обжигал новые партии изделий, загружая горн, находившийся за домом в огороде. Наконец настал день и все увидели, что мастер покрывает крышу своего дома фигурной черепицей, сверкающей на солнце изумрудной зеленью и яркими переливами глубокого коричневого цвета.

Гончарством в Скопине занимались издавна. Делали бытовую керамику из черной глины, дававшей после обжига светлый черепок. А во второй половине XIX века заслуженную славу городу принесли декоративные сосуды. В это время скопинские гончары создали множество изделий, которые до сих пор поражают сложностью формы, многообразием украшений, благородным цветом поливы. Фигурную керамику начали делать братья Оводовы, другие гончары не захотели отстать от них. Сосуды словно соперничали друг с другом, каждый мастер старался поразить всех своими изделиями.

Все элементы декоративного сосуда выполнялись вручную на гончарном круге, а потом соединялись вместе при помощи жидко разведенной глины - шликера. Так, на коническую ножку ставили кольцевое тулово квасника, на котором поднималось вверх сложное рельефное горло, завершающееся высокой крышкой, изгибались ручка и носик. Между носиком и горлом часто помещали скульптурные изображения птиц. Фигурки птиц, а также медведей, львов, реже человека располагали в круглом отверстии кольца и на крышке сосуда. Изделия сплошь покрывали лепным узором, а затем графическим орнаментом, используя для этого простейшие штампики в виде гильз от патронов, а то и просто заостренные палочки. Потом посыпали сосуды порошком свинцовой глазури с добавлением окиси марганца или меди и обжигали. Плавясь, глазурь стекала вниз, покрывая поверхность блестящим стекловидным слоем коричневого или зеленого цвета.

Квасники. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ
Квасники. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ

Но более всего фантазия скопинских гончаров проявилась в скульптурных сосудах. Им придавалась форма различных животных, птиц. Хищная птица Скопа, с именем которой связано одно из преданий о происхождении названия города, несет на спине высокое горло сосуда, ручку - змею с раскрытой пастью, изогнутый носик. Сказочный Полкан, конь-человек с добродушным лицом крестьянина, с палицей в руках, - это тоже тулово сосуда, который наполняется через горловину, вырастающую из спины Полкана, а сливом служит круглое отверстие в его голове. Часто мастера делали сосуды в виде кур, петухов, львов, медведей. Пожалуй, только скопинцы могут познакомить с таким разнообразием скульптурной посуды. О ней уважительно говорили: "художества". Именно ее гончары с гордостью выставляли на воротном столбе своего дома.

Квасник. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ
Квасник. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ

Н. К. Насонова. Квасник. 1971. Скопин, Рязанская обл
Н. К. Насонова. Квасник. 1971. Скопин, Рязанская обл

Красивые скульптурные сосуды словно заслонили от нас простую бытовую керамику, которую в Скопине делали всегда, а ценили мало. Мастеров же, смеясь над ними, называли "горшечниками", "горшколепами". Сейчас мало известна скопинская бытовая керамика простых форм, сохранившаяся в значительно меньшем количестве, чем фигурная.

Кувшин с кружкой. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ
Кувшин с кружкой. Втор. пол. XIX в. Скопин, Рязанская губ

В коллекции музея посуда для повседневного употребления представлена высокохудожественными образцами. Это глубокие круглые миски, шаровидные кубышки для масла, высокие корчаги для теста, кринки для молока, печные горшки, рукомои, стройные кувшины, большие кружки. Их формы просты и строги, а от внушительных объемов веет хозяйственностью и домовитостью.

Изделия скромно украшены вдавленным орнаментом и гравировкой, рельефными поясками. Края мисок, рукомоев, ваз нередко заканчиваются лепной оборкой. Яркие потечные глазури или сплошь покрывают сосуды, или только часть их поверхности. Тогда блеск поливы эффектно сочетается с цветом обожженного черепка.

Традиционное мастерство, передаваемое от деда к отцу и от отца к сыну, продолжает жить в современных изделиях Скопина. Потомственные гончары и художники-профессионалы, работающие на промысле, сохраняют в своем творчестве приемы ручной лепки, их декоративные сосуды отмечены смелой фантазией.

Как прежде, так и теперь основную часть продукции составляет бытовая посуда. Но свое умение владеть материалом, свою изобретательность скопинцы, подобно гончарам прошлого, стремятся выразить в слояшых скульптурных сосудах. Мастер Н. К. Насонова создает своеобразные композиции, в которых, следуя традиции, сочетает формы сосуда со скульптурными изображениями птиц и животных. Из шаровидного тулова словно вырастают сказочные драконы с раскрытой пастью. Они поддерживают другой шаровидный объем, переходящий в рельефное горло, по обе стороны которого изгибаются ручка и носик. Композицию завершает крышка со скульптурным изображением птицы. Но это еще не все. Вещь только тогда становится по-настоящему скопинской, когда она богато орнаментирована. Острой палочкой проводятся волнистые и прямые линии, наносится точечный узор, штампиком выполняются концентрические окружности. Традиционный орнамент обретает новые черты. Н. К. Насонова разрабатывает свой прием украшения сосудов. Она словно завершает в пластике то, что намечено в линейном орнаменте. Так, зубчатому обрамлению орнаментального пояса соответствует выступ на шаровидном тулове, а волнистой линии, охватывающей край горловины, вторит лепная оборка, оттиснутая пальцами на горле сосуда.

Используя опыт предшествующих поколений, мастера дополняют, обогащают его. Разнообразны творческие поиски гончаров Скопина - одного из самых значительных современных промыслов.

Другие центры не так широко известны. Очаги народного гончарства продолжают жить на Ярославской и Владимирской земле, в Вологодской, Новгородской и Ленинградской областях, в районах Калинина, Калуги, Рязани.

В основном это продукция деревенских мастеров. Их незамысловатые изделия и сейчас находят широкое применение в жизни деревни. В простой и строгой по форме посуде живет древняя культура русского гончарства. Наряду со своеобразной пластикой объемов, существуют оригинальные, чисто местные приемы украшений.

Гончарная посуда, изготовленная современными мастерами, наделена чертами своего времени. Но в ней живет творческий труд многих поколений, непрерывная преемственность традиционного мастерства - вечно живого источника гончарного искусства.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев А.С., дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://artyx.ru/ 'ARTYX.RU: История искусств'