передняя азия
древний египет
средиземноморье
древняя греция
эллинизм
древний рим
сев. причерноморье
древнее закавказье
древний иран
средняя азия
древняя индия
древний китай








НОВОСТИ    ЭНЦИКЛОПЕДИЯ    БИБЛИОТЕКА    КАРТА САЙТА    ССЫЛКИ    О ПРОЕКТЕ
Биографии мастеров    Живопись    Скульптура    Архитектура    Мода    Музеи



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Приезд Эхнатона

Никто никогда не узнает, сколько тысяч человек было отправлено в каменоломни на юге страны, сколько согнано на север для перевозки бревен, которые доставляли из далекого Ливана. Сколько людей было занято на пересадке деревьев и перевозке земли, сколько на строительстве пристани, плотин и канала, который был прорыт от Нила к сердцу Ахетатона. Никто никогда не узнает, сколько рабов, подобно муравьям, копошились под беспощадными лучами солнца, ставшего богом Атоном, единственным богом Египта.

Каменщики и плотники, кузнецы и ткачи, землекопы, корабельщики, плетельщики циновок, столяры и резчики под щелканье бичей и стоны наказанных месяц за месяцем выполняли волю фараона.

Самым прославленным зодчим, художникам и скульпторам приказал Эхнатон построить под руководством Май дворец, который был бы прекрасен, как заря.

...Живопись гробниц и данные раскопок позволяют представить себе день, на рассвете которого к деревянной пристани нового дворца подошла разукрашенная флотилия. Во главе ее шел корабль с парусом пурпурного цвета, такого же, как утренняя заря.

Когда над горизонтом поднялся край солнечного диска, все, кто был на палубе, распростерлись ниц, кроме одного худощавого человека, который начал медленно распевать:

 Прекрасен твой восход на небосклоне 
 О, Атон, живущий из начала жизни! 
 Ты прекрасен и велик...

И со всех кораблей, как эхо, доносились торжественные слова гимна, обращенного к солнцу его верховным жрецом и наместником на земле Эхнатоном.

Начальник закромов тучный Панехси, престарелый врач Пенту, начальник дома-Эхнатона и царский писец Яхмос, жрец Мерира, царские зодчие Паранафер, Туту, Май и другие высокопоставленные лица, которым позволено не только видеть царя вблизи, но и разговаривать с ним, встречали флотилию.

По усыпанной цветами дорожке повели они царя через сад к украшенному иероглифами дворцовому входу. Дворец был как бы городом в городе, со всех сторон окружала его высокая крепостная стена. Мачты с развевающимися на них флагами выделяли шесть входов.

Дворец состоял из многих прямоугольных дворов. Один двор назывался "Восход Атона", другой - "Широкий зал Атона", третий - "Благословение Атона", и каждое пышное название говорило о том, что это не только жилище царя, но и обиталище живого воплощения бога солнца Атона.

Сочетание подчеркнутой простоты с безудержной пышностью отличало архитектуру. Один двор своими суровыми стенами, сложенными из светло-серого камня, мог бы напомнить крепость, если бы не огромные черные статуи. Они были одинаковой величины, высечены из одинаковых блоков грифельно-черного гранита и поставлены на равном расстоянии вдоль гладкой стены. Все статуи изображали человека с узким, как нож, лицом, тяжелым подбородком и необычайной формы массивным черепом.

Эхнатон - властитель Египта и верховный жрец бога Атона, прямой и спокойный, стоял, опустив вдоль худощавых бедер длинные тонкие руки. Внимательный взгляд удлиненных каменных глаз был устремлен вперед, туда, где, как отражение в зеркале, стояли на фоне гладкой стены другие такие же Эхнатоны, такие же огромные, черные, до блеска отполированные.

Другой двор вымощен квадратными плитами. Они точно пригнаны друг к другу. Казалось, будто расстелено полотно или гигантский, испещренный фигурами папирус. Когда Эхнатон шел по двору, он попирал поверженные к его ногам фигуры ливийцев, нубийцев, жителей аравийских пустынь и других врагов Египта, искусно вырезанные художником на каменных плитах.

В третьем дворе - ряды поставленных вертикально каменных стел. Этот двор особенно интересовал Эхнатона, ибо строился по начертанному им самим плану. На стелах солнце протягивало лучи к сидящему на троне Эхнатону, его жене - красавице Нефертити, его матери Тии и дочерям с такими же удлиненными лицами и странной формы черепами, как и у отца.

Каждый луч кончался рукой, которая держит Анх - иероглиф, означающий жизнь. И такой же Анх в руке у царя, подобно солнцу, властвующему над всем живым по обоим берегам Нила.

Эхнатон был доволен. Он осмотрел также залы, предназначенные для торжественных церемоний по случаю рождения царских детей или вступления их в брак, осмотрел постройки для вельмож и писцов, ведавших войском, казной, рабами. Эти залы напоминали какой-то сказочный сад. Одни колонны были похожи на древесные стволы с короной пальмовых листьев. Другие изображали пучки папируса с распустившимися цветами, третьи - стебли лотоса с готовыми раскрыться бутонами. Стволы колонн были окрашены восковыми красками в цвет коры, а верхняя часть (капитель) - в цвет листвы. Потолок над колоннами был бирюзово-синий, цвета южного неба.

Дворец явно нравился царю, и царь выразил желание немедленно наградить зодчего Паранафера.

Паранафер был уже глубоким старцем, он уже не мог руководить всей постройкой дворца и построил только один лишь двор. Но Паранафер еще в Фивах соорудил первый храм Атона. За это его возненавидели фиванские жрецы, а царь, наоборот, всячески подчеркивал его заслуги.

Прямая, как стрела, "Дорога фараонов" разрезала дворец на две части. Парадные дворы и залы лежали по одну сторону дороги, жилые покои царской семьи - по другую. Обе части связывал мост.

Когда Эхнатон поднялся на мост, здесь его уже ждали Нефертити и обе старшие дочери с тяжелым золотым ожерельем. Внизу стояли придворные и Паранафер, окруженный певцами и арфистами.

Жители города, которым разрешалось лицезреть своего владыку не чаще двух-трех раз в год, толпились в отдалении.

Приняв из рук жены золотое ожерелье, Эхнатон кинул его вниз царскому писцу Ипи, тот вручил его жрецу. Другой жрец в цветистых выражениях перечислил заслуги Паранафера. Певцы затянули песню, прославляющую Атона, и жрец по знаку царя возложил на старого зодчего ожерелье, блестевшее в лучах солнца. Затем придворные с гимном проследовали под мост, открывая процессию.

Медленно катился людской поток к мосту, перекинутому между двумя частями дворца. На мосту, как в раме, стоял в особом "окне явлений", сияя золотом и самоцветными камнями, сам Эхнатон. Его фигура с тонкими длинными руками четко рисовалась на фоне темного прямоугольника, и толпы людей, ликуя и восхваляя солнце, проходили у него под ногами.

предыдущая главасодержаниеследующая глава







Рейтинг@Mail.ru
© Злыгостев А.С., дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://artyx.ru/ 'ARTYX.RU: История искусств'